«Я — одинокая старуха без наследников. Готова отдать свой дом тому, кто примет мои условия…»

На окраине Еревана, в старом каменном доме, живёт женщина, которую соседи зовут просто Мишик. Настоящее её имя давно забыто, да и она сама уже перестала откликаться на него. Когда-то она была врачом, спасала жизни, принимала роды, помогала людям вставать на ноги. Но теперь ей самой некому помочь.

Ей 84 года. Все, кого она любила, давно ушли. Муж погиб на стройке, сын умер молодым, а друзей давно нет. Остались только стены, пропитанные тишиной и воспоминаниями.

Недавно Мишик сделала то, что потрясло всех соседей. Она написала объявление от руки и приклеила его на старый столб у дороги:

«Я старуха, живу одна. Наследников у меня нет. Отдам свой дом тому, кто примет мои условия».

Поначалу никто не поверил

Многие решили, что это шутка или проявление старческой чудаковатости. Но когда один молодой человек всё же пришёл узнать, в чём дело, его встретили старые глаза — уставшие, но по-прежнему живые.

Мишик объяснила:

«Я не ищу денег. Мне не нужен сиделка за оплату. Я хочу человека, который просто будет рядом. Чтобы дом не умер вместе со мной».

Она предложила простое, но трудное условие: тот, кто останется с ней до конца — получит всё. Дом, сад, старую мебель, фотографии, даже книги, которые она берегла полвека.

«Я не хочу, чтобы мой дом стал пустой коробкой»

Каждый вечер она сидит у окна и смотрит, как солнце садится за соседние крыши.

«Я столько лет помогала людям, а теперь тишина — единственный, кто отвечает мне. Порой мне кажется, что дом плачет вместе со мной», — говорит она.

Люди звонили, приезжали, интересовались. Но, услышав, что нужно не просто подписать бумаги, а жить с ней, ухаживать, делить одиночество — почти все исчезали.

Однажды дверь открылась

В один холодный вечер кто-то постучал. На пороге стоял парень лет тридцати. Его звали Арташес. Он тоже был одинок — потерял родителей на войне и снимал комнату у знакомых.

«Я услышал о вас от знакомой. Можно просто посидеть с вами, поговорить?» — спросил он тихо.

Так началась их странная дружба. Он приходил каждый день — приносил хлеб, чинил лампочки, слушал её истории. А потом однажды Мишик сказала:

«Останься. Дом большой, мне одной страшно. Посмотрим, выдержишь ли мои условия».

«Он снова научил меня жить»

Соседи не верили своим глазам. Дом, который десятилетиями стоял в тишине, наполнился смехом, запахом еды и человеческими голосами. Арташес ухаживал за садом, готовил, помогал по дому. А она — рассказывала ему, как спасала жизни, как мечтала о дочери, как мечтала, чтобы хоть кто-то помнил её по имени.

«Он стал мне сыном, которого у меня никогда не было», — сказала она однажды соседке.

Через несколько недель они пошли к нотариусу. Все документы были готовы. Мишик заявила:

«Я хочу, чтобы этот дом после моей смерти принадлежал Арташесу. Но до тех пор он не имеет права меня бросить. Пусть живёт рядом, пока я дышу».

Испытание

Вскоре она серьёзно заболела. Больница, лекарства, бессонные ночи. Арташес не отходил ни на шаг. Он сам кормил её, менял простыни, держал за руку, когда она задыхалась от боли.

«Теперь я вижу, что не ошиблась», — прошептала она однажды, когда ему удалось немного облегчить её дыхание.
«Теперь ты можешь подписать бумаги. Я спокойна».

Они снова пошли к нотариусу. Старушка дрожащей рукой поставила подпись.

Последние дни

Через два месяца Мишик умерла. Тихо, во сне. Без страха.
Арташес похоронил её рядом с мужем, как она просила.

С тех пор он живёт в её доме. Не продал, не перестроил, не выбросил ни одной вещи. Каждый вечер он зажигает лампу у окна — ту самую, под которой она любила читать.

«Иногда мне кажется, что она сидит рядом. Тишина та же, но в ней уже нет одиночества», — говорит он.

А соседи, проходя мимо, часто шепчут:

«Дом Мишик снова живёт. Она ушла, но осталась».