Многие явления на политической арене Армении носят маску реальности, но внутренне представляют собой нечто иное. Одним из таких лицемерных явлений, которое на протяжении многих лет служило цели введения в заблуждение общественного сознания и отвлечения общественного внимания, является предполагаемый конфликт между Робертом Кочаряном и Сержем Саргсяном. Известный пост общественно-политического аналитика Степы Сафаряна на эту тему ясно говорит о том, что то, что выдается за конфликт, на самом деле является большой ложью.
В этой статье мы рассмотрим, как формировавшийся на протяжении многих лет политический союз действует как «противоположные полюса», почему это опасно и как это влияет не только на политическую культуру, но и на национальную безопасность.
Кто такие Кочарян и Саргсян, объединенные прошлым, системой и интересами?
Роберт Кочарян и Серж Саргсян, находясь на разных уровнях государственной власти, вместе построили самую влиятельную административно-политическую систему в постсоветской Армении. Оба они стали влиятельными военными и политическими деятелями во время Арцахской войны, а впоследствии стали лидерами Армении.
Уровень доверия между ними особенно возрос в период, когда Кочарян стал президентом, а Серж Саргсян — его ближайшим партнером по власти. Вместе они сформировали механизм, который должен был обеспечить внутреннюю стабильность на протяжении следующего десятилетия за счет жесткой концентрации контроля, богатства и влияния.
Реальных конфликтов в те годы почти не зафиксировано, что уже противоречит циркулирующим позднее версиям о «предательстве».
Формулировка «сиамских близнецов»: символ политического слияния
Формулировка, использованная Сафаряном, «сиамские близнецы» — совершенное символическое откровение. Это выражение подчеркивает не только сотрудничество, но и структурное единство, лишенное самостоятельности, когда два человека дышат одним политическим «легким», действуют одной системой и питают позиции друг друга одной «пуповиной», в прямом смысле этого слова.
Разногласия между ними, если они когда-либо и существовали, касались лишь перераспределения влияния и собственности, как это делает сицилийская мафия, путем разграничения территориальных или экономических «зон».
Применение этой модели в Армении с 1998 по 2018 год привело к формированию целого поколения политической апатии, недоверия к правительству и углублению системной коррупции.
27 октября, 1 марта и «священная» тишина
Среди наиболее значимых моментов, которые их объединяют, — три трагических события:
1998 год – захват власти, когда после отставки Тер-Петросяна в президентском кресле при поддержке Сержа Саргсяна оказался Кочарян,
27 октября 1999 года, когда государственности был нанесен самый трагический удар, истинные организаторы которого до сих пор не раскрыты полностью,
2008 г. События 1 марта, которые стали последней каплей народного терпения и потрясли общество, обнажив механизмы захвата власти.
В этих событиях их роли — одного как исполняющего обязанности президента, другого как координирующего столпа власти — никогда не противопоставлялись друг другу. Они либо принимали решение вместе, либо молчали вместе.
Чем опасен этот фальшивый конфликт?
Это дезориентирует общественность, особенно новое поколение, у которого нет личного опыта того периода.
Это создает тупик для реального политического выбора, когда гражданам предлагается два варианта, которые на самом деле являются разными сторонами одной медали.
Он воспроизводит старую систему в новой упаковке, препятствуя формированию идеологических сил и нового ценностного поля.
Это портит политические дебаты, сосредотачивая внимание на мести за прошлое, а не на построении будущего.
Что делать в этой ситуации?
Нам необходимо преодолеть информационный вакуум, предоставляя обществу факты о реалиях прошлого.
Необходимо поощрять независимый экспертный анализ, разоблачающий ложные планы.
Нам необходимо сформировать новое политическое мышление, в котором бывшие власти не будут представляться как альтернатива.
Мы должны перестать верить в мифы о «хорошем» Кочаряне или «спасителе» Саргсяне.
Заключительное слово
Серж Саргсян и Роберт Кочарян не воюют. Они никогда не были настоящими противниками. Их отличает друг от друга не идеология, а временное противопоставление в распределении технических интересов. И именно это «разделение» вводит общественность в заблуждение, не давая ей осознать реальную угрозу.
Политическая трансформация начинается с принятия истины. А правда в том, что конфликт Кочаряна и Саргсяна — это игра системы, а не народа, не государства, не будущего.