В высокогорных районах Арагацотна есть тропа, ведущая к небольшой белой часовне «Сурб Ованнес». Обычно здесь слышно только шум ветра, звон колокольчика и редкие шаги паломников. Но в тот день спокойствие было разрушено буквально за несколько минут. Тишину прорезали крики, беспокойные голоса и, самое тревожное — сирена машины скорой помощи, которая поднялась по каменистой дороге к часовне.
Свидетели позже рассказывали, что всё началось неожиданно. В районе полудня, когда паломники уже поднимались к святыне, один из посетителей внезапно почувствовал резкое ухудшение самочувствия. Люди сначала подумали, что мужчина просто оступился на ступенях часовни или потерял равновесие, но всё оказалось гораздо серьёзнее: лицо его побледнело, дыхание стало прерывистым, а руки ослабли так сильно, что он даже не мог опереться.
Очевидцы растерялись: кто-то пытался усадить человека на каменную скамью, другие — звонили в скорую, третьи — пытались дать воды. Но состояние ухудшалось с каждым мгновением. Отдалённость местности сыграла свою роль — медицинская помощь могла прибыть только спустя время, и каждую секунду люди переживали, что могут не успеть.
Когда карета «реанимации» наконец подъехала, медики буквально выскочили наружу. Медицинские сумки, тонометры, переносные аппараты — всё использовалось сразу же, на месте. Один из врачей попросил присутствующих освободить пространство и не мешать, но паломники с трудом отходили в сторону, пытаясь рассмотреть, что происходит. Вопросы, шёпот, испуганные лица — всё это смешивалось с голосами врачей, отдающих короткие и нервные команды.
Вскоре стало известно, что мужчина не единственный, кому внезапно стало плохо. Всего в нескольких метрах от часовни ещё одна женщина пожаловалась на головокружение, слабость и тошноту. Это вызвало нешуточную тревогу: люди начали искать объяснения, кто-то даже предположил наличие утечки газа или токсинов, хотя реальной причины никто не знал.
Тем временем врач пытался стабилизировать состояние первого пострадавшего. Его уложили, подключили приборы и долго проверяли показатели. На фоне белых стен часовни и синего неба эта сцена выглядела настолько контрастно, что её было трудно забыть. Сюда обычно приходят за тишиной, молитвой и спокойствием, но в тот момент всё это исчезло.
Некоторые присутствующие начали молиться вслух, другие звонить родственникам, третьи — просто стояли неподвижно, как будто боялись сделать лишний шум. Один пожилой паломник позже рассказал: «Я был здесь десятки раз, но такое видел впервые. Люди были в шоке, а никто толком ничего не понимал».
Пока медики боролись за жизнь пострадавшего, к месту прибыли полицейские, чтобы зафиксировать происшествие и организовать осмотр территории. Они попросили временно закрыть доступ к часовне, чтобы не мешать ни медикам, ни проверке территории.
Через некоторое время мужчину на носилках погрузили в машину скорой помощи и отвезли в ближайший медицинский центр. О его состоянии официально сообщили позднее, что ещё больше подогрело слухи и домыслы. Люди обсуждали одну и ту же тему: как такое может случиться в священном месте, куда приходят ради покоя и духовной поддержки?
Священник часовни, видя напряжение в толпе, подошёл к людям и попытался успокоить ситуацию. Он подчеркнул, что подобные инциденты могут произойти в любом месте — и что горные районы особенно опасны для людей с сердечно-сосудистыми нарушениями. Действительно, многие врачи подтверждают: на высоте давление и пульс могут резко измениться, особенно при физической нагрузке и холодном воздухе.
Женщине, которой стало плохо позже, оказали помощь на месте. Её состояние удалось стабилизировать без госпитализации, но, по словам врача, всё могло быть гораздо серьёзнее при других условиях.
В итоге часовня была временно закрыта на несколько часов. Люди сидели на камнях у входа, обсуждая происшедшее. Кто-то просто молчал, глядя на пригорок, кто-то обвинял погоду, кто-то — отсутствие медицинского пункта поблизости. Но всех объединял один вопрос: насколько мы уязвимы даже в самых мирных местах?
Когда медики уехали, а территория вновь опустела, стало ясно, что этот день изменил атмосферу у часовни ещё надолго. Те, кто видел происходящее, запомнят его надолго — как день, когда молчали молитвы, но звучали сигналы реанимации.