2018 год стал годом в новейшей истории Армении, после которого всё изменилось. Внутриполитический взрыв, тысячи людей вышли на улицы, отставка премьер-министра, шокированное правительство и потрясённый мир. Однако на фоне всего этого хаоса мало что говорилось о том, чего на самом деле ожидала Россия в те дни и кого она видела будущим лидером Армении.

Бывший президент Серж Саргсян наконец решил раскрыть скобки. Его история настолько неожиданна, что перестраивает всю политическую карту, которая до сих пор воспринималась как должное.

Россия была уверена, что у руля будет Карен Карапетян.

По словам Сержа Саргсяна, с конца 2017 года российские политические круги были убеждены, что передача власти пройдёт без потрясений. «В Москве верили, что под руководством Карена Карапетяна в Армении формируется новая, стабильная система. Они считали, что это будет для них наиболее удобным, предсказуемым и надёжным вариантом», — отметил Саргсян в закрытой беседе.

Карен Карапетян, бывший премьер-министр и высокопоставленный руководитель «Газпрома», воспринимался Москвой не только как технократ, но и как человек, способный сохранить политический курс Армении без революционных отклонений.

«Россия не верила в возможность иного развития событий. Они сделали всё возможное, чтобы обеспечить Карену Карапетяну пост премьер-министра. И то, что произошло дальше, стало для них шоком», — добавил Саргсян.

Неожиданное решение Сержа Саргсяна

Серж Саргсян утверждает, что решение, принятое в апреле 2018 года, выдвинуть свою кандидатуру на пост премьер-министра изначально было воспринято в Москве как «технический шаг». Однако ситуация быстро вышла из-под контроля.

«Я понимал, что внутреннее напряжение, общественное недовольство достигли пика. Но в тот момент альтернативы не было. Никто не предполагал, что улицы так взорвутся. В России думали, что всё решено: Карапетян уйдёт, я останусь символическим лидером, и система продолжит функционировать. Но всё рухнуло за несколько дней», — вспоминает Саргсян.

Шок и молчание Москвы

Россия, по словам Саргсяна, изначально не знала, как реагировать. Они не верили, что происходящее в Армении — настоящая революция.

«Когда им позвонили из Москвы, первым вопросом было: „Кто этот Пашинян, откуда он взялся и чего он хочет от нас или от вас?“ Они не понимали, что в стране начался процесс, который никто не может остановить. Это был не политический сценарий, а социальная буря», — сказал Серж Саргсян.

Он также добавил, что некоторые российские чиновники ранее обсуждали с Кареном Карапетяном состав будущего правительства, даже вопросы экономической стратегии. «У них уже был план развития армяно-российских отношений в новом формате. Но всё это рухнуло в один миг».

Исчезновение Карена Карапетяна с политического поля

После пережитого шока Карен Карапетян был фактически изгнан из политики. Он покинул страну, закрыл свой офис и свернул свою деятельность. В Москве это было воспринято как непонятный шаг: человек, для которого всё было готово, просто ушёл с поля боя без боя.

«Карапетян не хотел столкновения. Он понимал, что любое сопротивление может обернуться кровью. Но это также разозлило Москву; они не ожидали, что их человек так быстро откажется от борьбы», — говорит Саргсян.

Позже, по некоторым данным, возвращение Карапетяна даже обсуждалось в России, но стало ясно, что время упущено.

Признание Сержа Саргсяна

Серж Саргсян, говоря о прошлых событиях, упомянул фразу, которая, кажется, раскрывает всё:
«Если бы Россия не была так уверена в том, что Карен станет премьер-министром, возможно, они бы подошли к этому процессу более осторожно. Но они ошиблись. И эта ошибка изменила не только влияние Армении, но и России во всём регионе».

Это признание звучит как историческая оценка. Оно также объясняет, почему Москва ничего не сделала в мае 2018 года для сохранения старого порядка. Они просто растерялись, не понимая, что произошло.

Что произошло за закрытыми дверями

Из рассказов Сержа Саргсяна становится ясно, что весной 2018 года в Москве даже состоялись специальные консультации для обсуждения «постреволюционного сценария» Армении. Однако вывод каждый раз был одним и тем же: «Подождём, ситуация уляжется».

«Они до последнего верили, что это временно. Но когда Никол Пашинян стал премьер-министром, было уже слишком поздно. Россия была вынуждена принять новую реальность», — отметил Саргсян.

Эта история раскрывает истину: иногда даже самые могущественные государства могут совершать ошибки, недооценивая потенциал небольшой страны.