Небольшое армянское село проснулось в тот день под звук тревожных колоколов.
Никто не думал, что обычное утро превратится в кошмар, который потрясёт всю страну.

Пятилетний Давид исчез.
Пропал посреди белого дня — без следа, без звука, будто растворился в воздухе.

Исчезновение

Это случилось около полудня.
Мать мальчика, Маро, вышла во двор — приготовить обед и постирать.
Давид играл во дворе с деревянной машинкой, которую отец недавно сделал своими руками.
«Я видела его через окно — он смеялся, — рассказывает Маро, — а потом я отвернулась буквально на минуту… и всё. Его больше не было».

Сначала она подумала, что он побежал к соседям. Потом — что ушёл на пастбище, где часто гулял с отцом.
Но спустя десять минут тревога превратилась в панику.

Она обошла всё село — и ничего.
Родные, соседи, добровольцы — все бросились на поиски.

След

Единственное, что нашли у дороги, — его синюю шапку.
Она лежала у ручья, примерно в километре от дома.
Следов борьбы не было. Только маленькие отпечатки ног, ведущие к холму… и исчезающие у подножия.

Местные говорят, что в том районе часто пасут скот.
И именно там в тот день находился пастух по имени Геворг.

Последний, кто его видел

Геворг — мужчина лет пятидесяти, замкнутый, живёт один в хижине за селом.
Он первым сообщил полиции, что видел мальчика.

«Он шёл с машинкой в руках, — сказал он на допросе. — Я подумал, что его кто-то рядом ждёт. Я окликнул, но он не ответил».

Полиция уточнила, почему он не подошёл к ребёнку.

«Я пас овец. Подумал, что мать рядом. Через несколько минут я обернулся — его уже не было».

Но слова пастуха вызвали сомнения.
Его рассказы противоречили показаниям других жителей. Один из мужчин заявил, что видел Геворга позже — уже без овец, с мешком на плече, спускающегося с холма.

Допрос

Полиция задержала пастуха и допросила его в течение семи часов.
Он нервничал, путался в деталях.
Сначала говорил, что видел ребёнка утром, потом — днём.

Когда его спросили, почему он не помог искать мальчика, он ответил:

«Я боялся. Подумал, что обвинят меня».

Позже при обыске его дома нашли крошечную машинку — точную копию той, с которой играл Давид.
Геворг объяснил:

«Она валялась у дороги. Я подобрал, чтобы вернуть».

Но мать утверждает:

«Эта машинка — его. На дне вырезаны инициалы “Д. М.” — Давид Мартиросян. Это сделал мой муж».

Шокирующие находки

После этого село охватил страх.
Никто не мог спать. Женщины запирали двери, мужчины дежурили у домов.

Через два дня поисковики нашли следы обуви у старого колодца, заброшенного много лет назад.
Туда спустились спасатели — и внутри нашли обрывок ткани, похожей на рукав детской куртки.
Проверка ДНК подтвердила: это был кусок одежды Давида.

Версии

Полиция рассматривает две версии:

Несчастный случай — мальчик мог заблудиться и упасть.

Похищение — кто-то увёл его намеренно.

Но если бы это был несчастный случай, почему вещи оказались в разных местах?
Почему пастух заметил мальчика, но не помог?
И главное — почему на найденной ткани были следы крови, которых быть не должно?

Село в панике

«Мы живём, как на вулкане, — говорит соседка Маро. — Никто не выпускает детей на улицу. Мы боимся».
Мать мальчика не уходит из дома. Она держит в руках его фотографию и шепчет:

«Он не мог просто исчезнуть. Я чувствую — он где-то рядом. Ему страшно, и он ждёт меня».

Новая деталь

Поздним вечером, на третьи сутки поисков, в участок поступил звонок.
Неизвестный мужчина сообщил, что видел, как кто-то вёз ребёнка в серой машине в сторону старой фермы за селом.
Когда полицейские прибыли туда, они нашли следы шин и детский ботинок.

Но ни машины, ни мальчика там уже не было.

Что известно сейчас

Пастух пока остаётся под стражей.
Его слова проверяют, дом обыскивают повторно.
Эксперты уверены: кто-то видел больше, чем говорит.

«Это не случайное исчезновение, — заявил представитель следствия. — Мы уверены, ребёнка увели. Вопрос — кто и зачем».

Последние часы надежды

Прошло пять дней.
Каждый вечер жители собираются у площади с зажжёнными свечами.
Они молятся, зовут по имени, ищут по оврагам и холмам.

А Маро сидит у окна и повторяет:

«Я обещала, что всегда найду тебя. Даже если весь мир отвернётся — я не перестану».

Эхо этой истории

Село живёт в страхе и ожидании.
Каждый звук ветра, каждый лай собаки — будто сигнал.
Каждая минута — вечность.

Последним, кто видел Давида, был пастух.
Но теперь вопрос другой:
Был ли он просто свидетелем… или частью чего-то гораздо страшнее?