Стояло июльское утро, ничем не отличавшееся от обычного. В городе стояла жара, и семья Погосян, живущая в Масисе, начинала очередной день тихо, без шума. Только мать, как всегда, каждое утро смотрела на телефон, ожидая звонка от сына. Но на этот раз звонка не было.

Мовсес всегда брал трубку. Он обязательно звонил раз в неделю. Говорил, что всё хорошо, что о нём не стоит беспокоиться, что их не забрали в больницу, и что он скоро будет дома. Но на этот раз стояла тишина. Холодная, тяжёлая, поглощающая тишина.

И прямо в этой тишине открылась дверь.

Двое мужчин в военной форме, с тёмными глазами, с опущенными головами. Мать не проронила ни слова. Она даже не стала ждать ответа. Она уже всё поняла.

Восемнадцать лет: жизнь только начиналась
Мовсес выделялся в школе своим миролюбивым характером. Одноклассники его любили, учителя уважали. Он не любил, чтобы его видели, но когда нужно было, вставал.

Один из его одноклассников рассказывал: «Мово не кричал, не повышал голос, но когда он что-то говорил, все молчали».

Когда ему прислали повестку, он не колебался ни секунды. Он сказал: «Я пойду, я горжусь собой». Мать плакала, отец улыбался, сдерживая слёзы. Он уже был мужчиной. Но на самом деле он был ещё ребёнком. Именно в том возрасте, когда мечты остаются нереализованными, а жизнь ещё не успела рассказать всю свою историю.

Жизнь на границе имеет другую цену
Мовсес служил в Сюнике. На территории, где граница всегда напряжённая, где солдат становится настоящей преградой перед лицом опасности.

По некоторым данным, инцидент произошёл на фоне внезапного обострения. Солдат охранял позицию, не жалуясь, не боясь. Он просто делал то, для чего и нужны солдаты: служил и защищал.

Но даже война не должна отнимать юную жизнь. Никакая граница не стоит крови ребёнка. А Моисей был ещё ребёнком. Мать всё ещё звала его Мово.

И дом всё ещё ждёт
Мосей должен был вернуться этой осенью. Семья уже планировала отпраздновать его возвращение. Сестра сказала: «Он обещал приехать и поспать целую неделю. Сказал, что устал в армии, но каждую ночь на посту боялся не смерти, а мысли о том, что не увидит нас».

Его комната всё та же. На стенах висят детские фотографии, на кровати – плюшевый мишка, которого он принёс со школьной ярмарки. Футболка аккуратно стоит на полке.

Но и его нет.

Кто вспомнит, если мы будем молчать? История Моисея – одна из многих. Но она уникальна. Потому что каждый ребёнок – это целый мир для матери. Каждый павший солдат – это шрам на теле страны, который никогда не затуманится.

Он пошёл служить, надеясь вернуться. Но не вернулся. Его имя будет вписано в списки. Может быть, в его честь назовут улицу. Может быть, никогда не забудут. Но главное не почести. А то, что его будут помнить как мальчика, который не боялся, но который не должен был умирать.

Невозможно в полной мере передать боль утраты семьи, но эта история должна служить напоминанием. Каждый раз, когда мы слышим «18-летний солдат», давайте задумаемся: это не просто число. У него есть имя. У него есть мечты. Это ушедшая жизнь.