Мне 65. Я привыкла к тишине. К своему миру, в котором всё на своих местах. Где нет хаоса, нет людей, нет шума. Где каждый шаг — как выверенный танец памяти. Я живу одна уже более тридцати лет, и одиночество — это не наказание, это мой сознательный выбор. Здесь, в этих стенах, мне никто не мешает быть собой.

Но сегодня всё изменилось.

Началось всё с лёгкого движения занавесок. Я подумала — сквозняк. Но окна были закрыты. Потом — едва уловимый шепот. Не голос, а почти дыхание: «Успокойся…»

Я застыла. Не от страха — от непонимания. Кто-то в комнате? Но я ведь одна.

Это был не первый случай. Несколько недель назад я слышала, как кто-то ходит по коридору. Тогда я решила, что это старые половицы и воображение. В моём возрасте это случается.

Но теперь это повторяется. И всё чаще.

Сегодня утром я встала раньше обычного. Сварила кофе. Села на тот самый диван, обитый тканью, которая помнит мою молодость. Занавески мягко колышутся. Но я не чувствую ветра. Воздух в комнате недвижим. Я знаю это наверняка.

И вдруг — снова. Шепот.

— Успокойся…

Это звучало так, будто кто-то стоит у меня за спиной. Я не обернулась. Только сжала чашку в дрожащих пальцах. Сердце забилось чаще, но я запретила себе паниковать.

Я не боюсь смерти. Но боюсь сойти с ума. А ведь именно это со мной, похоже, происходит. Или… нет?

Я подошла к окну. Подняла занавески. И замерла.

На стекле — отпечаток руки. Маленькой. Словно детской. Влажный, как будто кто-то только что приложился к стеклу изнутри. Я провела пальцем — он тёплый. Стекло снаружи холодное. Но внутри — тепло. И отпечаток исчез.

Я не могу объяснить, что это было. Никто не входил. Я не открывала дверей. Камеры в доме ничего не зафиксировали. Но я знаю, что это было.

Вечером я решила заговорить с этим… с кем-то. Просто громко сказала:

— Я не боюсь тебя. Но кто ты?

Ответа не было. Лишь лёгкий скрип половиц в углу комнаты.

Следующие дни были наполнены странностями. Радио включалось само. Книги падали с полок. Но всё — без агрессии. Будто кто-то просто напоминал о себе. Я уже не чувствовала страха. Скорее — любопытство. И что-то ещё. Какую-то странную, тёплую связь.

А потом я нашла коробку. Маленькую, деревянную, за старым шкафом, который я не двигала годами. Внутри — детская игрушка. Солдатик. Маленький, из бронзы, потёртый временем.

Я не знала, откуда он. У меня никогда не было детей. Ни племянников, ни внуков. Никогда. Но солдатик показался мне знакомым.

И тогда я вспомнила сон, который видела годами ранее. Там был мальчик. Он держал этого солдатика в руках и говорил: «Я вернусь». Я проснулась в слезах, хотя не знала, кто это.

Может быть, где-то в другой жизни у меня был сын? Или кто-то, с кем я была связана, но не в этой реальности?

Ночью я снова услышала шепот:

— Я здесь.

И впервые за много лет мне не было одиноко.

Теперь я жду. Не страха ради, не из желания понять. Просто жду. Потому что знаю: я — не одна. Кто-то рядом. Кто-то, кто не желает мне зла. Кто-то, кто бережёт меня в этой тишине.

Я оставила игрушку на подоконнике. И каждое утро, когда солнце касается занавесок, я чувствую прикосновение. Лёгкое. Как чьё-то присутствие. Я не пытаюсь объяснить. Не зову на помощь. Не ищу доказательств.

Просто живу дальше.

И слушаю.

Потому что, быть может, это — не одиночество. А тишина, в которой кто-то говорит со мной.

И если вы думаете, что это всего лишь воображение пожилой женщины… загляните за свои занавески.