В этих краях давно не слышно звука самолётов. Ночи необычайно тихие. И именно в этой тишине, когда всё кажется мирным, происходят самые презентабельные и трогательные события. Мы живём во времена, когда ни одно официальное сообщение не передаёт истинного напряжения, нарастающего в приграничных районах.

В последние дни мы стали свидетелями феномена, о котором не пишут в пресс-релизах. Официальные источники молчат. Но страх в деревнях ощутим, и некоторые семьи оставляют телефоны на зарядке на ночь, «на случай звонка».

Эта история из деревни в Сюнике, где у каждого своя история: от невнятного слова, общей сигареты до попытки сдержать сердце, когда скрипнула дверь. Но об этом все говорят шёпотом. Потому что это тот случай, когда никто не знает, было ли это совпадением или нет.

Кто он? Имя, которое не разглашается, но все знают
Молодой человек около 23 лет. Родом из Вайоц Дзора. Служил на передовой, совсем рядом с точкой, не отмеченной на картах, но хорошо известной местным жителям. Единственный сын в семье. Мать – учительница, отец – водитель уже несколько десятилетий.

В последний раз его видели вечером 18 июля, когда он стоял с друзьями на наблюдательном пункте. Что-то произошло вскоре после полуночи. Ни выстрелов, ни взрывов. Но вдруг – сигнал о потере связи.

Что произошло в следующие несколько секунд, до сих пор точно не установлено. Известно лишь, что через два часа его нашли без сознания. Никто не говорит, почему и как. Огнестрельных ранений нет. Следов взрыва нет. Но на лице и руке были осколочные ранения, а одежда была каким-то непонятным образом разорвана.

Травма или психологический удар
После того дня молодой человек переехал в Ереван. Врачи молчат. Семья тоже молчит. Но, как это всегда бывает в нашей стране, ближайший сосед всегда знает больше, чем готово раскрыть государство.

По распространённой информации, он единственный свидетель инцидента, который всё ещё считается находящимся на «стадии дополнительного расследования». Именно поэтому его слова до сих пор не были озвучены публично.

Ясно одно: произошло нечто, не вписывающееся в обычные сценарии пограничного инцидента. И на этот раз ни одна из сторон пока не комментирует ситуацию. Это молчание – самый громкий ответ.

Тишина на границе порой громче выстрелов.
Что изменилось за последние недели, почему люди стали чаще поглядывать в сторону северных позиций? Почему даже опытные пограничники всё чаще обращают взоры в горы, чтобы слушать, а не наблюдать?

Ответ может быть очень простым. Или, наоборот, настолько сложным, что его невозможно сформулировать одним предложением. Но факт остаётся фактом: последнее событие – лишь начало того, о чём будут говорить гораздо больше: политологи, генералы пограничной службы, пресса… когда придёт время.

Но до тех пор будьте бдительны. И помните: когда тишина становится тяжёлой, это значит, что кто-то пытается что-то скрыть.

Заключение
Это история, о которой мы никогда не услышим полного официального заявления. Но именно этот случай меняет линии на картах. Не географически, а по-человечески. Речь идёт о молодом человеке, который, возможно, видел больше, чем ему следовало. И который теперь живёт в тишине, возможно, по просьбе самого государства.

И пока мы ждём, что будет дальше, граница продолжает дышать. Глаза на вершинах гор, уши в тишине.

Вот где скрывается правда.

Не то, что официально говорят. А то, о чём упорно молчат.