Когда жизнь уже не позволяет говорить, когда боль так глубока, что слова становятся опасными, человек замолкает. Он молчит, пока на мгновение не взрывается изнутри. И в этот самый момент рождаются те ноты, которые не читаешь, а чувствуешь кожей.

Последняя заметка Лусине Гарибян, скромная, без кричалок, без истерики, но такая сильная, что реакция людей была только одна: «можно вздрогнуть». Всего одного предложения хватило, чтобы тысячи людей перестали листать ленту:

«Вчера я услышала во сне голос сына. Он сказал: «Мама, я всегда рядом с тобой».

Кто такая Лусине Гарибян?

Лусине — обычная женщина: учительница, мать, вдова, но жизнь превратила ее в мать, потерявшую сына на войне. Ее сын Аршак погиб во время 44-дневной войны 2020 года на Гадрутском направлении. По сей день его тело официально считается «не найденным».

Имя Аршака в списке погибших, но потеря в данном случае не только физическая. Это боль, которая просыпается каждое утро с одним и тем же вопросом: а что, если он все еще жив?

И именно из тех лет молчания Лусине наконец написала. Пост, который был написан не для того, чтобы писать, а чтобы кричать.

Содержание поста
В нем не было никакой политики. Не было ни обвинений, ни риторики. Но в нем было одно: настоящее горе.

«Вчера ночью я снова не спала. Каждую ночь я жду голоса, ветра, знака. Но на этот раз я услышала его. Аршак заговорил. Он сказал: «Мама, не плачь, я с тобой». И я заплакала, потому что не знаю, схожу ли я с ума или мой сын жив в моей душе».

Стоило остановиться и просто прочитать эти строки. Не для того, чтобы посочувствовать, а чтобы вспомнить. Что эта обычная армянка живет в постоянной войне внутри себя.

Почему пост стал интернет-каналом

Потому что тысячи матерей испытывают ту же боль, но не пишут об этом.

Потому что такие слова не преподаются на уроках литературы.

Потому что боль, когда она искренняя, пронзает воздух.

За один день под постом было более 10 000 реакций.

Некоторые просто написали: «Я не могу читать, не останавливаясь».

Другие написали имена своих сыновей как услышанную молитву.

А один просто написал: «Люсине, ты тоже говорила за нас».

Почему это важно сейчас
Мы часто думаем, что война закончилась. Что жертвы — это воспоминания. Но на самом деле:
У каждой жертвы есть мать, сестра, жена, дочь.

И эти женщины все еще сражаются. Молча. Не с трибун. Не на улицах. А в комнатах, где они ждут телефонного звонка, голоса, мечты.

Пост Лусине был нарушением этого молчания. И ее влияние было настолько велико, что даже СМИ заговорили. Но слово должно также исходить из нашей среды.

Аршак как символ
Ему было всего 19 лет. Он планировал стать программистом, купить дом для своей матери, а также заниматься музыкой. Его вайбер был полон писем.

«Мама, все будет хорошо».

Последнее сообщение с поля боя:

«Мама, ты будешь сильной, я знаю».

И Лусине стала сильной. Но не молча.

Что нам делать? Такие посты не только для отклика сердца. Они напоминают нам, что у общества все еще есть долг. И не только перед семьей погибшего солдата, но и перед выжившим обществом.

Мы должны помнить.

Мы должны видеть живых матерей, а не только надгробия.

Мы должны ответить, написав хотя бы одно «Я слышу тебя».

Заключительная заметка: не конец
Когда вы читаете последние строки поста Лусине, вы можете только молчать.

«Во сне Аршак снова улыбался. Я проснулась со слезами. Но я благодарна ему за то, что он пришел. Я буду ждать его столько, сколько нужно. Я дала ему слово, что всегда буду писать, если у меня будут силы».

И мы хотим, чтобы он продолжал писать. Потому что, когда пишут такие матери, война снова склоняется перед человечеством.