На фоне одного из самых сложных поворотных моментов в истории Армении, событий вокруг Нагорного Карабаха, премьер-министр Никол Пашинян сделал в парламенте заявление, которое одновременно отрезвляет, смело и, как считают некоторые, исторично. Говоря о реалиях последних 7 лет, он попытался трансформировать всю ось восприятия одним предложением:

«Мы не потеряли Нагорный Карабах, мы обрели Республику Армения».

Эти слова уже стали предметом десятков анализов, оценок и противоречивых откликов. Для одних они являются новой страницей в политической риторике. Для других — резким неприятием истории, за которую тысячи семей заплатили самую высокую цену.

Но какая реальность стоит за этим одним предложением? И почему эти слова были сказаны в зале парламента именно сейчас?

Государство Армения как повторное открытие
В речи премьер-министра были четкие акценты. Последние 7 лет, по его словам, были периодом не поражения, а повторного открытия, становления и уточнения идентичности. По его словам, в течение многих лет вопрос Нагорного Карабаха использовался как ловушка, как инструмент зависимости, посредством которого ограничивался международный суверенитет Армении.

Он подчеркнул, что восприятие, сформированное вокруг Карабаха в течение многих лет, не позволяло Республике Армения четко представлять свои границы, свою модель безопасности и внешнеполитический курс.

Теперь, по словам премьер-министра, это бремя снято с поля многовековых противоречий, и Армения, освобожденная от угрозы постоянной войны и давления, наконец может заняться своей реальной повесткой развития.

Сложная правда для сложных времен
Никто не может отрицать, что это заявление премьер-министра является прямым, резким, но не нематериальным. Оно адресовано не только оппонентам или международной аудитории. Это также послание собственному народу, нации, которая в последние годы потеряла чувство надежды, видение будущего и доверие к государственной системе.

Пашинян говорит: «Армения возрождается. Я более оптимистичен в отношении будущего Армении, чем когда-либо».

Это явный контраст с предыдущим восприятием, когда геополитическое существование Армении часто зависело от процессов за пределами территории. Теперь в восприятии правительства центром является сама Армения.

Кому адресовано послание?

Адресат этого заявления многогранен.

С одной стороны, это ответ оппозиционным кругам, обвиняющим правительство в «сдаче» Карабаха. С другой стороны, это послание международному сообществу, которое уже прошло ту стадию, когда Нагорный Карабах рассматривался как фактор, вокруг которого можно было бы воздействовать на Армению.

И, наконец, это послание каждому армянину, который все еще сомневается, сможет ли Армения возродиться без Нагорного Карабаха. Пашинян отвечает: да. Не только может, но и уже появляется.

Попытка переосмысления
Переосмысление истории никогда не бывает легким. И когда это переосмысление озвучивается первым лицом в правительстве, оно становится политической стратегией.

Будет ли этот подход продолжаться на государственном уровне, от образовательных программ до международных стратегий?

Готово ли общество принять, что заново открыть Армению возможно только тогда, когда оно откажется от идеи бесконечно возрождающейся войны?

Вопросов много. Ответы сложны.

Но одно уже очевидно: государство решило говорить на другом языке.

Уже не просто на языке памяти, а на языке будущего.

Уже не просто на языке жертв, а на языке стабильности.

Уже не просто на языке земли, а на языке границ, структур и институтов.

Заключительная мысль
«Мы потеряли Карабах или наконец обрели саму Армению?»

Этот вопрос будет продолжать терзать многих. Но очевидно, что Армения начинает оформлять себя как суверенное государство без условных связей.

И этот процесс болезненный, трудный, но неизбежный.

Потому что только найдя себя, можно защитить то, что действительно твое.

И, возможно, это самое важное послание Пашиняна.