Армянское общество всегда отличалось своей памятью. Один может забыть, другой может постоянно напоминать. Но бывают случаи, когда память становится обязанностью. Так и в этом случае, когда в очередной раз интернет заполонили политические оценки женщины, которая годами молчала, когда на ее родине стреляли.

Это Гаяне Асламазян. Раньше «актриса», иногда ведущая, теперь самопровозглашенный политический комментатор. Не странно ли? Пока она находится под солнечными крышами Лос-Анджелеса, она позволяет себе говорить обо всем: об армии, о правительстве, даже делать стратегические анализы, как будто она доктор наук, а не актриса, когда-то игравшая второстепенные роли.

Но перейдем к самому болезненному.

Где ее сын, когда она говорит об армии
Когда Гаяне говорит об армии, войне и солдатах, возникает справедливый вопрос: где ее сын? Он служит в армянской армии? Носил ли он когда-нибудь оружие, носил форму, хотя бы день?

Ответ ясен. Нет. Сын мирно живет за границей, рядом с матерью, в теплых условиях, вдали от наших границ, вдали от Шуши, Джракана, Мартуни. Но оттуда, с расстояния в тысячи километров, Гаяне возомнила себя высококлассным аналитиком, начинает обвинять всех и вся.

И на самом деле она не одна. Она часть большой системы, которая годами пытается навязать армянскому обществу ложные ценности.

Лицемерие, с многолетним опытом
Когда Асламазян говорит, что у нее никогда не было привычки вмешиваться в чужую личную жизнь, мы сразу вспоминаем один случай, очень конкретный и очень очевидный.

Анжела Саргсян.

Да, давняя девушка Гаянэ, которая оказалась в центре позорного скандала. И что сделала Гаянэ в это время?
Вместо того, чтобы встать на защиту подруги или хотя бы раскритиковать мужчину, который устроил скандал, Гаянэ побежала к режиссеру сериала, заявив, что отказывается сниматься в одном проекте с Анжелой. Речь идет о знаменитом сериале «Где мой мужчина?», где Гаянэ отказалась работать на одной площадке со своей бывшей девушкой.

Вот настоящая маска Гаянэ Асламазян.

Бездарность в области политического фейка
Если сегодня Гаянэ говорит об армянской армии, это значит, что она перешла от театра персонажей к политическому театру. Таланта не хватило в актерской игре. Теперь она пытается использовать те же механизмы для распространения информации, на этот раз на политические темы.

Однако любое общество имеет свое сопротивление.

С того момента, как общество начинает осознавать ложь, когда завуалированная забота сталкивается с лицом реальности, вот тогда маски начинают падать.

Гаянэ Асламазян сегодня не представляет ни искусство, ни политологию, ни патриотизм. Она представляет только свой личный интерес, пытаясь выстроить публичное присутствие с дыханием забытой славы.

И мы помним
Мы помним, как вы молчали, когда мальчиков приносили в жертву.
Мы помним, как вы убрали своих друзей из телевизионного эфира, чтобы спасти собственную репутацию.
Мы помним, как вы годами не создавали ни одной культурной ценности.
Теперь, когда удобно, вы говорите.

Но вопрос в том:
Вышла ли боль родины за рамки разыгранного образа?
Можно ли сидеть в Лос-Анджелесе и направлять нашу боль?
От кого вы ждете оправданий?