Иногда слова бессильны. Иногда даже самые искренние выражения утешения не способны прикоснуться к той бездне боли, которая живёт внутри человека. В тот день, когда прощались с маленьким Тиграном, даже боль не имела звука. Воздух был пропитан тишиной, такой густой, что казалось — сама жизнь замерла.

Тиграну было всего семь лет. Он не успел пройти даже первую ступеньку жизни, но уже стал источником света для тех, кто его знал. Его улыбка — простая, искренняя, солнечная — озаряла всё вокруг. Его голос — звонкий, живой — ещё долго будет звучать в ушах всех, кто хотя бы раз его слышал. Но в тот день этот голос уже не звучал. Его отсутствие ощущалось тяжелее любого слова.

На похоронах никто не говорил громко. У многих не получалось вообще говорить. Родители — Лиана и Артак — стояли, будто окаменевшие. Их лица были бледны, глаза пусты, а в сердце — безмолвный крик. Ни один журналист не осмелился подойти, ни одна камера не включилась. Горе было настолько чистым и глубоким, что даже медиа поклонились перед его величием.

Тигран погиб в автокатастрофе. Обычное утро. Он шёл в школу. Машина, мчавшаяся с превышением скорости, проигнорировала правила и сбила его. Мгновение — и жизнь, полная надежд, исчезла. Полиция зафиксировала происшествие. Общество возмутилось. Социальные сети заполнились гневными постами. Люди требовали справедливости. Но ни одна публикация, ни один комментарий не могли вернуть Тиграна. И в этом — самая страшная правда.

Школа, где он учился, в тот день казалась осиротевшей. Одноклассники не пришли. Вместо них на партах лежали белые розы. Учительница, Марина Арменовна, не могла сдержать слёз. Она рассказывала, как Тигран всегда выходил из класса последним — только после того, как всё было расставлено по местам. Он мечтал стать инженером. Архитектором. Кем угодно, лишь бы создавать. Но жизнь прервала это творчество на полуслове.

Общество моментально отреагировало. Люди говорили о необходимости ужесточить законы, пересдавать экзамены водителям, перекрывать дороги возле школ в учебные часы. Но всё это — реакция, не решение. Главный вопрос повис в воздухе — почему?

Почему жизнь отнимает детей, которые даже не успели узнать, что такое настоящая боль? Почему мы не смогли его защитить? Почему система снова не сработала, когда это было важнее всего? Ответов нет. И именно их отсутствие чувствовалось в тот день больше всего — в каждой слезе, в каждом взгляде, в каждой затянутой паузе.

Когда землю засыпали на маленький гроб, казалось, будто вместе с ней хоронят и часть будущего. Но в этот момент раздался голос. Это была сестра Тиграна — четырёхлетняя Ани. Она стояла рядом с родителями, подняла руку к небу и сказала:
«Тигран теперь летит…»

Люди не просто заплакали. Это был не просто плач по умершему ребёнку — это был плач по человечности, которую мы так часто теряем. Может быть, Тигран и правда теперь летит. Не как тело. Не как физическая сущность. А как символ. Как память. Как призыв — очнуться.

Прощание с Тиграном стало не только личной трагедией. Это стало символом общественного равнодушия. Его не смогли спасти, но, может быть, его память спасёт чью-то ещё не прожитую жизнь. Может, теперь рядом со школами действительно поставят светофоры и ограничители. Может, того водителя накажут по всей строгости закона. Может, новое поколение вырастет с осознанием ответственности.

А пока город стоит молча. Чтобы услышать ту самую тишину, в которой даже боль лишена звука. И в этой тишине звучит только одно имя: Тигран.