Общественно-политическое пространство Армении вновь оказалось на грани взрыва. Решение суда о конфискации имущества у Сирануш и Левона стало не просто очередным юридическим эпизодом — для многих оно прозвучало как тревожный сигнал и одновременно как символ переломного момента.

Но настоящий резонанс вызвало не само постановление, а выступление представительницы прокуратуры, которое в зале суда назвали «душевым ударом» по устоявшимся табу.

Судебный процесс проходил в напряжённой атмосфере. В зале ощущалась тяжёлая тишина, которую нарушали лишь сухие формулировки и шелест документов. Однако всё изменилось в тот момент, когда прокурор перешла от формальных юридических конструкций к прямой и жёсткой речи. Без обиняков, без попыток сгладить углы она заговорила о происхождении средств, о путях накопления капитала и о том, что государство больше не намерено закрывать глаза на сомнительные схемы.

Речь шла не о единичном объекте недвижимости и не о случайной сумме. В центре внимания оказались целые цепочки активов, которые, по версии следствия, формировались годами и не всегда в рамках закона. Прокурор подчёркнула: если имущество приобретено за счёт средств, выведенных из-под общественного контроля, государство обязано вернуть его обществу. Эти слова прозвучали в зале как приговор не только конкретным фигурантам, но и целой эпохе безнаказанности.

Отдельным блоком в выступлении стала тема семьи Кочарянов. Это имя давно вызывает в Армении бурные эмоции — от гнева до попыток оправдания. Госпожа прокурор дала понять: речь идёт не о политической мести и не о личных счётах. «Закон не различает фамилии», — прозвучало в зале. По её словам, расследование основано на документах, финансовых отчётах и экспертизах, а не на лозунгах или общественном давлении.

Реакция не заставила себя ждать. Социальные сети буквально закипели. Одни пользователи писали о долгожданной справедливости и о том, что страна наконец-то начала возвращать утраченное. Другие выражали опасения, что процесс может превратиться в опасный прецедент, где правосудие смешается с политикой. Но даже самые скептически настроенные признавали: подобной жёсткости в публичных выступлениях представителей прокуратуры в Армении давно не слышали.

Особое внимание привлёк стиль речи прокурора. Она не пряталась за сложными юридическими терминами, не уходила от острых формулировок. Её уверенный и местами резкий тон многие назвали «душевым» — дерзким, прямым, почти вызывающим. Это было обращение не только к суду, но и ко всей системе: больше нет неприкасаемых тем и фамилий.

При этом юристы напоминают: процесс далёк от завершения. Защита уже готовит апелляции, впереди новые заседания и попытки оспорить выводы следствия. Однако ясно одно — конфискация имущества у Сирануш и Левона уже стала отправной точкой. Этот кейс может запустить цепную реакцию и затронуть другие громкие дела, которые годами пылились в архивах.

Политические аналитики подчёркивают особую чувствительность ситуации, ведь она так или иначе связана с именем бывшего президента Роберт Кочарян. Любой шаг в этом направлении будет рассматриваться под увеличительным стеклом — как внутри страны, так и за её пределами. Общество же устало от бесконечных расследований без результата и ждёт конкретных, необратимых решений.

Сегодня уже можно сказать: день, когда в суде прозвучало это выступление, войдёт в новейшую историю страны. Оно стало вызовом старым правилам и проверкой на прочность для всей правовой системы. Вопрос лишь в том, хватит ли у государства решимости довести начатое до конца и не отступить под давлением.

Развязка ещё впереди. Но ясно одно — после этого процесса Армения уже не будет прежней. Слишком громко прозвучали слова, слишком высоки ставки и слишком велик общественный запрос на правду и справедливость.